еле ("Марс" на углу Четвертой и Ховард), но
когда он звонит, никто не отвечает, он заставляет служащего открыть дверь и
что же видит: я валяюсь на полу среди бутылок, Бен Фаган растяну..
Her look of confidence
and diffidence contrasted with Ursula's sensitive expectancy. The
provincial people, intimidated by Gudrun's perfect sang-froid and
exclusive bar..
Вчера вечером шестичасовой автобус переехал мисс Боббит. Сам не знаю, как мне рассказывать об этом: ведь что там ни говори, мисс Боббит было всего десять лет, и все же я уверен - в нашем городе ее никто не забудет. Начать с того, что она всегда поступала необычно, с той самой минуты, когда мы впервые ее увидели, а было это около года тому назад. Мисс Боббит и ее мать, они приехали этим же самым шестичасовым автобусом - он прибывает из Мобила и идет дальше. В тот день было рождение моего двоюродного брата Билли Боба, так что почти все ребята из нашего городка собрались у нас. Мы как раз угощались на веранде пломбиром "тутти-фрутти" и обливным шоколадным тортом, когда из-за Гиблого поворота с грохотом вылетел автобус. В то лето не выпало ни одного дождя; все было присыпано ржавой сушью, и, когда по дороге проходила машина, пыль иной раз висела в недвижном воздухе по часу, а то и больше. Тетя Эл говорила - если в ближайшее время дорогу не замостят, она переедет на побережье; впрочем, она говорила это уже давным-давно. В общем, сидели мы на веранде, и "тутти-фрутти" таяло у нас на тарелочках, и только нам всем подумалось - а хорошо бы, сейчас произошло что-нибудь необычайное, - как оно и произошло: из красной дорожной пыли возникла мисс Боббит - тоненькая девочка в нарядном подкрахмаленном платье лимонного цвета; она важно выступала с этаким взрослым видом: одну руку уперла в бок, на другой висел большой зонт, какие носят старые девы. За нею плелась ее мать - растрепанная, изможденная женщина, с голодной улыбкой и тихим взглядом, тащившая два картонных чемодана и заводную виктролу. Все ребята на веранде до того обомлели, что, даже когда на нас с жужжанием налетел осиный рой, девчонки забыли поднять свой обычный визг. Все их внимание было поглощено мисс Боббит и ее матерью - они как раз подошли к калитке. - Прошу прощения, - обратилась к нам мисс Боббит (голос у нее был шелковистый, как красивая лента, и в то же время совсем еще детский, а дикция безупречная, словно у кинозвезды или учительницы), - но нельзя ли нам побеседовать с кем-нибудь из взрослых представителей семьи? Относилось это, конечно, к тете Эл и до некоторой степени ко мне. Но Билли Боб и остальные мальчишки, хотя всем им было не больше тринадцати, потянулись к калитке вслед за нами. Поглядеть на них, так они в жизни девчонки не видели. Такой, как мисс Боббит, - определенно. Как говорила потом тетя Эл - где это слыхано, чтобы ребенок мазался? Губы у нее были ярко-оранжевые, волосы, напоминавшие театральный парик, все в локонах, подрисованные глаза придавали ей бывалый вид И все же была в ней какая-то сухощавая величавость, в ней чувствовалась леди, и, что самое главное, она по-мужски прямо смотрела людям в глаза.
... Of course, people got to avoiding him and shaking their heads and whispering, because, the way he was looking and acting, they judged he had killed somebody or done something terrible, they didn't know what, and if he had been a stranger they would've lynched him. Well, as I was saying, it got so he couldn't stand it any longer; so he made up his mind to pull out for Washington, and just go to the President of the United States and make a clean breast of the whole thing, not keeping back an atom, and then fetch the letter out and lay it before the whole gov'ment, and say, Now, there she is-do with me what you're a mind to; though as heaven is my judge I am an innocent man and not deserving of the full penalties of the law and leaving behind me a family that must starve and yet hadn't had a thing to do with it, which is the whole truth and I can swear to it. So he did it. He had a little wee bit of steamboating, and some stage-coaching, but all the rest of the way was horseback, and it took him three weeks to get to Washington. He saw lots of land and lots of villages and four cities. He was gone 'most eight weeks, and there never was such a proud man in the village as he when he got back. His travels made him the greatest man in all that region, and the most talked about; and people come from as much as thirty miles back in the country, and from over in the Illinois bottoms, too, just to look at him-and there they'd stand and gawk, and he'd gabble. You never see anything like it. Well, there wasn't any way now to settle which was the greatest traveler; some said it was Nat, some said it was Tom. Everybody allowed that Nat had seen the most longitude, but they had to give in that whatever Tom was short in longitude he had made up in latitude and climate...
